Мы любим бывать в Цфате, летом наслаждаться его каменной прохладой, зимой — греться у его ханукальных свечей.
Возможно, потому, что в своё время показывали и приоткрывали его чудеса нам правильные проводники, этот совершенно не от мира сего и не от времени сего город каждый раз поражает заново.
Всё там не случайно — и даже когда гостеприимные, явно неашкеназские работники матнаса при зажигании свечей заводят нам записи Верки Сердючки, чтобы лаасот самеах, я совсем не сержусь, а стараюсь сосредоточиться на главных словах: «Всё будет хорошо, я это знаю».
Не ропщу, когда выясняется, что все обещанные синагоги в вечерний час нашей экскурсии уже закрыты и не светит нам поприсутствовать на молитве в уникальной компании цфатских мудрецов, зато все ханукии стоят под стеклянными колпаками прямо на улице, и этот свет доступен всем.
А над запертыми дверями синагоги Бен Ари можно наконец увидеть старинные барельефы Львов, которые раньше и не замечали, и на закрытых воротах синагоги Каро разглядеть изображения самого цадика и обложку его фундаментального труда «Шульхан Арух»
Ну и чудеса — как без них в Цфате?
Хотели песен на иврите? Сразу несколько разных музыкальных экскурсий встретились на улочках Цфата: кто с гитарой, кто с аккордеоном. Ну и мы подпели немножко.
Только пожалели, что уже поздно и все галереи наверняка закрыты, хотя нужна-то была только одна — дорогой нашему сердцу художницы Маши Орлович, — как вдруг углядели её саму, Машеньку, со стаканчиком кофе рядом с шумной компанией пляшущих хабадников.
На обратном пути я в полудрёме подумала вдруг — наверное, Цфат — единственный город, где сегодня не встретишь ни одной наряженной ёлки и красных колпачков Санта-Клаусов. За ними поедем в Назарет.
Главное забыла отметить — эту поездку, как и многие другие культурно- массовые мероприятия, нам устраивал наш нешерский муниципалитет, за что им большая благодарность
Огромный Мир 